Каждый шаг у элитного спринтера на короткий миг работает как мощный тормоз, но при этом бегун все равно развивает скорость более 40 км/ч. Съемка движения и данные с силовых платформ показывают: в момент приземления реакция опоры достигает нескольких масс тела, резко замедляя центр тяжести. Парадокс в том, что именно эти фазы торможения и позволяют выйти на максимальную скорость.

Ключевую роль играет то, как мышечно-сухожильный комплекс использует эксцентрическое сокращение и цикл «растяжение–сокращение». Когда стопа касается дорожки, мышечные волокна под нагрузкой удлиняются, а сухожилия, в первую очередь ахиллово, накапливают упругую энергию. Вместо того чтобы рассеяться в виде тепла, эта энергия высвобождается долей секунды позже, в фазе отталкивания, усиливая толчок почти без дополнительной метаболической цены и повышая эффективную механическую мощность.

Высокая частота шагов и «жесткие» суставы нижних конечностей делают время контакта с дорожкой предельно коротким, поэтому замедление длится минимальный отрезок, а последующее ускорение максимально. Нервная система так координирует включение моторных единиц, что разгибатели бедра и мышцы, отвечающие за подошвенное сгибание стопы, практически мгновенно переворачивают тормозную фазу в разгон. В совокупности это превращает цепочку крошечных «столкновений» с землей в контролируемые отскоки, которые и удерживают скорость спринта выше 40 км/ч.