Острый изгиб металлической дуги до сих пор воплощает один из самых недосягаемых рекордов в спорте: результат, показанный старым, ещё не переработанным копьём. Тогда бросок растягивал не только пределы человеческих возможностей, но и саму геометрию сектора, заставляя спорт заново очерчивать собственные границы.

В эпоху до появления нынешней модели копья ведущие метатели отправляли снаряд так далеко, что он стал приземляться опасно близко к беговым дорожкам, ямам для прыжков и даже к зонам, где находились зрители. Руководители спорта ответили не новыми тренировочными методиками, а вмешательством инженеров. Центр тяжести копья сместили вперёд, изменили его аэродинамический профиль, увеличили сопротивление воздуху и заставили снаряд уходить в более крутое пикирование. Полёт стал менее выгодным с точки зрения соотношения подъёмной силы и лобового сопротивления — это следствие законов классической механики и гидроаэродинамики, а не ослабления мышц или падения выносливости атлетов.

Современные результаты фиксируются уже с другим по конструкции снарядом, поэтому старый рекорд формально числится в таблицах, но фактически существует в закрытой категории и выглядит недосягаемым. Метатели по‑прежнему совершенствуют работу быстрых мышечных волокон, оттачивают технику, используют достижения биомеханики спорта, однако выступают внутри жёсткого коридора безопасности, заданного тем самым редизайном. То, что раньше было фоном в управлении рисками, превратилось в невидимый потолок: одна‑единственная дальность броска осталась реликтом, напоминающим, что иногда прогресс в спорте останавливают не человеческие тела, а правила.