Когда время полёта мяча меньше 0,7 секунды, он летит слишком быстро, чтобы успеть сработать по схеме «увидел — потом отреагировал». Зрение, передача сигнала по нервной системе и сокращение мышц по отдельности вносят задержки, поэтому элитные игроки выживают за счёт того, что превращают розыгрыш в прогноз, а не в чистый рефлекс.

Специалисты по спортивной науке описывают этот навык как сочетание считывания кинематики и предиктивного кодирования в мозге. Вместо того чтобы отслеживать мяч как набор отдельных точек в поле зрения, игроки выжимают ранние подсказки из вращения плеч, угла ракетки и высоты подброса. Этот «язык тела» заранее сужает вероятную траекторию подачи ещё до удара по мячу, снижает нагрузку на зрительную кору и использует своего рода нейронные «пограничные вычисления», происходящие максимально близко к сенсорному входу.

Когда прогноз сформирован, двигательная система запускает почти полностью подготовленные шаблоны движений, так называемые двигательные программы, которые в терминах синаптической пластичности похожи на заранее скомпилированный код. Окуломоторные саккады фиксируют взгляд там, где мяч окажется, а не там, где он находится сейчас. Эта комбинация упреждающих движений глаз и опережающего (feedforward) управления позволяет ракетке двигаться по расписанию, даже если мяч на миг размывается или скрывается. По сути, профессионалы реагируют не на мяч, который ясно видят; они делают ставку на вероятностную модель, которую их нервная система оттачивала на тысячах подач.