Полоса травы между асфальтом и бетоном может понизить температуру воздуха и задержать загрязняющие вещества на несколько кварталов вокруг. Микропарки, группы деревьев и озеленённые дворы локально нарушают действие эффекта городского теплового острова, даже если занимают всего крошечные участки земли, потому что физике безразличны градостроительные зоны и дизайнерские ярлыки.

Механизм предельно прост. Растения используют испарительное охлаждение (эвтранспирацию), превращая поглощённое солнечное излучение в скрытую теплоту при переносе воды из почвы в воздух. Это фазовое превращение функционирует как постоянный тепловой сток, снижая температуру окружающего воздуха и изменяя турбулентность приграничного слоя. Листья также создают аэродинамическую шероховатость и тень, разрушая непрерывность поверхностей, накапливающих тепло, таких как бетон. В отношении загрязнения устьица на поверхности листьев обеспечивают газообмен, а твёрдые частицы осаждаются на восковидной кутикуле; вместе это напрямую снижает локальные концентрации диоксида азота и мелких твёрдых частиц.

Тем не менее в градостроительных документах такие зелёные фрагменты часто классифицируются как удобства, а не как инфраструктура. Модели «затраты–выгоды» обычно занижают их предельный эффект, поскольку не учитывают внешние эффекты, такие как сниженный риск сердечно‑сосудистых заболеваний или уменьшение спроса на энергию для охлаждения зданий. Зонирование по‑прежнему рассматривает озеленение как визуальный буфер, а не как инструмент управления теплопроводностью городской ткани и химическим составом воздуха. Когда бюджеты сокращаются, «декоративные» статьи теряют политическую поддержку в первую очередь, даже если утраченный клочок газона или несколько деревьев могли бы обеспечить измеримые выгоды для здоровья и энергопотребления всем, кто живёт в шаговой доступности.