Гладкий речной камень лежит в лапе макаки, затем разбивает раковину, а потом снова проверяется на втором предмете. В этой короткой последовательности короткохвостые макаки демонстрируют стиль мышления, который со стороны напоминает полевую инженерную деятельность, а не простое добывание корма.

В диких популяциях у короткохвостых макак неоднократно описывали, как они наблюдают за препятствиями, многократно их манипулируют и привлекают орудия вроде камней, прутьев и потока воды, чтобы добраться до пищи. Их поведение выходит за рамки простого рефлекса: отдельные особи проявляют причинно-следственное мышление, способность выстраивать связь причины и следствия, а также процедурное обучение, при котором успешные последовательности действий превращаются в устойчивые рутины, закрепленные в нейронных контурах. Когда найденное решение перестает работать, они переключаются на другие стратегии, что является признаком когнитивной гибкости, которую нейробиологи часто связывают с функциями префронтальной коры и со снижением поведенческой энтропии, а не с жесткой привычкой.

По сравнению с другими нелюдьми-приматами эти макаки занимают высокое, но не уникальное положение. Шимпанзе и капуцины также демонстрируют сложные традиции использования орудий, однако короткохвостые макаки выделяются тем, как быстро они проводят итерации, перенося один и тот же прием из одного контекста в другой. Такая генерализация намекает на скромный компонент теории разума и на эффективную рабочую память, которые являются основой человеческого стиля решения задач. Они не чертят проекты на бумаге и не моделируют ситуации в абстрактной математике, но, сталкиваясь с физической задачей в дикой природе, в своей последовательности наблюдений, проб, ошибок и выбора орудий они действуют поразительно похоже на упрощенный цикл человеческого инженерного поиска решения.

Разрыв с человеком по-прежнему очевиден в области языка, символического мышления и длительного культурного накопления, однако сам шаблон решения задач узнаваемо совпадает: он уменьшен по масштабу, но архитектурно не принципиально иной.