На тарелке само слово «салат» стирает различия. Миска с креветками и кальмаром под оливковым маслом в нашем сознании оказывается в том же ящике, что и яркая смесь кубиков дыни, хотя их пищевые профили едва ли пересекаются.

Салат из морепродуктов основан на полноценном белке: аминокислотах, которые восстанавливают мышцы, поддерживают гормональный фон и помогают стабилизировать базовый уровень обмена веществ. Моллюски и рыба дают гемовое и негемовое железо, хорошо усваиваемый цинк, йод и витамин B12, а также омега‑3 жирные кислоты, влияющие на текучесть клеточных мембран и нейроэндокринную передачу сигналов. Для сравнения, фруктовый салат в основном состоит из воды, фруктозы и пищевых волокон, с небольшими вкраплениями витамина C и фитонутриентов. Он освежает, но в пересчёте на грамм содержит намного меньше белка и существенно меньше жизненно важных минеральных веществ.

Так почему же салат из морепродуктов по‑прежнему воспринимается как «легкое дополнение»? Тихую работу делают язык и визуальные ассоциации. Охлажденный, яркий, подаваемый небольшими порциями, он продаётся рядом с мисками листового салата, а не среди основных блюд. Диетическая культура закрепляет эту предвзятость: потребителей приучили считать главным достоинством любого салата низкокалорийный объём, тогда как плотный белок и микроэлементы воспринимаются как необязательные «добавки», даже если именно они выполняют основную метаболическую работу.